Есть вещи, о которых не расскажешь из кабинета. О тюремном служении нужно говорить там, где оно совершается: за колючей проволокой, в храме, где молятся люди в робах, в коридорах, где каждая дверь открывается только по команде.
Именно поэтому очередная коллегия тюремных священников Рязанской митрополии прошла не в епархиальном зале, а на территории исправительной колонии № 6.
День начался как любой визит за периметр: сверка списков, сданные телефоны, инструктаж по режиму. Процедура привычная — и всё же каждый раз она напоминает: здесь другой мир. В него нельзя войти по настроению и нельзя выйти по желанию. Здесь слово «свобода» весит столько, сколько на воле никому и не снилось.
Первым делом участники направились в храм — небольшой, выстроенный и украшенный руками самих осуждённых. Совершённый молебен о заключенных задал тон дню: священники молились бок о бок с теми, ради кого приехали. На несколько минут исчезло всё, что разделяет, — робы и рясы, сроки и должности, решётки и погоны. Осталось то, что объединяет.
В клубе учреждения священники вместе с осуждёнными услышали презентацию московского Центра пробации «Справедливое общество». Ещё несколько лет назад это слово почти не звучало в отечественной пенитенциарной практике. Сегодня за ним — федеральный закон и большая работа по сопровождению людей, выходящих на свободу. Суть проста и одновременно революционна: человека мало наказать — его нужно подхватить. Помочь с документами, работой, жильём. Сделать так, чтобы освобождение не обернулось новым падением.
В зале стояла тишина — не равнодушия, а узнавания. Люди в робах слушали о том, что касается их напрямую: есть место, где их ждут не с обвинением, а с протянутой рукой. Для многих это было первое свидетельство того, что мир за воротами — не пустыня.
Затем участники осмотрели объекты духовной и воспитательной работы: храм, учебный класс, помещения для бесед, библиотеку. За каждым из этих пространств — годы труда тюремных священников игумена Сергия (Гайдука) и игумена Тихона (Белова) и встречной готовности администрации.
Особое впечатление произвела прихрамовая библиотека — живое место, где читают, спорят и задают вопросы, на которые не всегда есть простые ответы.
После осмотра все переместились в столовую осуждённых. Именно там, за чаем, состоялось братское общение — тот неформальный разговор, который порой дороже официального заседания. Когда священник из одного учреждения за пять минут объясняет собрату, как решить проблему, над которой тот бьётся полгода, — это соборность в действии.
Выйдя из-за периметра, участники перешли в актовый зал административного здания. Заседание возглавил благочинный тюремных храмов Рязанской митрополии, помощник начальника УФСИН России по Рязанской области по организации работы с верующими игумен Иоасаф (Сорокин).
«Я стою на границе двух миров, которые говорят на разных языках. С одной стороны — Церковь с её Евангелием и молитвой. С другой — система исполнения наказаний с её распорядком и рапортами. Моё дело — сделать так, чтобы вам, отцы, было легче войти в эти ворота и делать за ними то, ради чего вы поставлены».
Там, где стоит работающий храм и приходит живой священник, — другая колония, другой воздух. И это не метафора: меньше конфликтов, меньше отчаяния, меньше срывов.
С докладом выступил игумен Сергий (Гайдук), 26 лет несущий послушание в ИК-6. Уклад богослужебной жизни, работа с активом верующих, катехизация, взаимодействие с воспитательной и психологической службами — всё было представлено честно, с открытым разговором о трудностях. Именно эта честность, как заметил председатель, делает выездные коллегии незаменимыми: здесь не отчитываются — делятся.
Отдельный блок коллегии был посвящён служению в исправительных центрах. Здесь другие условия: осуждённые к принудительным работам утром уходят на работу, вечером возвращаются, у них зарплата и телефон. Одной ногой уже на свободе — и потому уязвимы как никто.
Обсуждали адаптацию, восстановление документов и семейных связей, работу с зависимостями, приведение освобождающихся к храму по месту жительства. Главный вывод: готовых рецептов нет ни у системы, ни у Церкви. Практика рождается прямо сейчас — и выработка единых подходов для пяти исправительных центров благочиния стала ключевой задачей. Куратором служения в исправительных центрах митрополии был назначен иерей Вячеслав Малов, несущий послушание в исправительном центре села Шумашь Рязанской епархии.
Тему продолжили представители Центра «Справедливое общество» — на этот раз для священников: механизмы взаимодействия, передача освобождающегося на попечение прихода, реабилитационные центры.
Мысль простая и важная: государство даст человеку справку и направление. Смысл ему даст Церковь. Система пробации впервые создаёт легальное пространство для такого сотрудничества — и от тюремных священников зависит, наполнится ли оно содержанием.
Отчётность. «Отчёт — не контроль над вами. Это ваш щит и ваш голос. В системе существует только то, что зафиксировано».
Общий чат тюремного духовенства — единое пространство для оперативной связи и обмена опытом.
Волонтёры — порядок допуска и личная ответственность священника за каждого приведённого добровольца.
Работа с сотрудниками УИС — тема, о которой «почти никогда не говорят на священнических собраниях», хотя люди, годами работающие в условиях чужой беды, нуждаются в пастырском внимании не меньше осуждённых.
Определены дата и место весенней выездной коллегии.
Пожалуй, главное решение дня: уже в ближайший понедельник состоится видеоконференция тюремного духовенства с председателями и активистами социальных отделов всех трёх епархий митрополии.
Проблема известна каждому тюремному священнику. Человек, которого он крестил и исповедовал, выходит за ворота — и в самый хрупкий момент оказывается в пустоте. Батюшка остался по ту сторону периметра. Приход по месту жительства об освободившемся не знает. Социальная служба не в курсе, что к ней идёт человек, которому нужно всё сразу: документы, работа, крыша над головой — и чтобы кто-то его ждал.
До сих пор передача «из рук в руки» держалась на личных связях. Повезло — подхватили. Не повезло — через полгода вернулся в колонию.
Встреча призвана превратить случайность в систему. У социальных отделов — сеть приходов, опыт работы с семьями, связи с благотворительными организациями. У тюремных священников — личное знание каждого человека. Когда два знания соединятся, цепочка замкнётся.
«Мы научились приходить к человеку в темницу. Теперь нужно научиться встречать его на выходе и не терять по дороге к нормальной жизни. Один священник за решёткой этого не сделает. А священник за решёткой и приход на воле, работающие в связке, — могут».
Митрополит Рязанский и Михайловский Никодим удостоил церковных наград сотрудников ИК-6 за вклад в организацию духовной работы.
Начальник учреждения И. Ю. Журавлёв награждён медалью благоверного князя Олега Рязанского — одной из высших наград митрополии. Символика глубока: великий князь Олег Иванович, по преданию носивший под одеждой кольчугу как знак покаяния и принявший перед смертью постриг, — святой, чей путь есть путь внутреннего перелома. Трудно придумать более точное имя для награды человеку, который создаёт условия для покаяния там, где всё подчинено режиму.
Помощники начальника по воспитательной работе М. Г. Лапухов и Р. Д. Кобзев отмечены архиерейскими благодарственными грамотами. Это те самые «переводчики» между священником и системой: графики, согласования, помещения — и, главное, понимание, зачем всё это нужно.
Награждение в присутствии всего тюремного духовенства митрополии — сигнал для обеих сторон. Священники видят: Церковь благодарит тех, кто открывает ей двери. Сотрудники понимают: их труд — не «нагрузка сверх обязанностей», а дело, за которое награждает архиерей.
«Когда начальник колонии носит церковный орден, а его воспитатели — архиерейские грамоты, это меняет сам разговор. Мы не просители у чужих дверей, а партнёры в общем деле».
Вместо итога
«Господь сказал: „в темнице был, и вы пришли ко Мне". Не „пожалели", не „отчитались" — пришли. Самое простое и самое трудное из всех действий. Мы с вами, отцы, каждый по-своему исполняем именно эту заповедь. И дело у нас одно: чтобы тот, кто однажды упал, вышел за эти ворота не озлобленным, а человеком, которому есть куда вернуться и ради чего жить».
День, начавшийся с молитвы в тюремном храме, закончился за столом коллегии. Но разговор не закончился. Он продолжится — в общем чате, в понедельничной видеоконференции, в тихих беседах с осуждёнными и сотрудниками.
Там, где ему и положено. За решёткой, где ждут.
Председатель отдела по взаимодействию с УФСИН Рязанской епархии, помощник начальника УФСИН России по Рязанской области игумен Иоасаф (Сорокин)
Именно поэтому очередная коллегия тюремных священников Рязанской митрополии прошла не в епархиальном зале, а на территории исправительной колонии № 6.
День начался как любой визит за периметр: сверка списков, сданные телефоны, инструктаж по режиму. Процедура привычная — и всё же каждый раз она напоминает: здесь другой мир. В него нельзя войти по настроению и нельзя выйти по желанию. Здесь слово «свобода» весит столько, сколько на воле никому и не снилось.
Первым делом участники направились в храм — небольшой, выстроенный и украшенный руками самих осуждённых. Совершённый молебен о заключенных задал тон дню: священники молились бок о бок с теми, ради кого приехали. На несколько минут исчезло всё, что разделяет, — робы и рясы, сроки и должности, решётки и погоны. Осталось то, что объединяет.
В клубе учреждения священники вместе с осуждёнными услышали презентацию московского Центра пробации «Справедливое общество». Ещё несколько лет назад это слово почти не звучало в отечественной пенитенциарной практике. Сегодня за ним — федеральный закон и большая работа по сопровождению людей, выходящих на свободу. Суть проста и одновременно революционна: человека мало наказать — его нужно подхватить. Помочь с документами, работой, жильём. Сделать так, чтобы освобождение не обернулось новым падением.
В зале стояла тишина — не равнодушия, а узнавания. Люди в робах слушали о том, что касается их напрямую: есть место, где их ждут не с обвинением, а с протянутой рукой. Для многих это было первое свидетельство того, что мир за воротами — не пустыня.
Затем участники осмотрели объекты духовной и воспитательной работы: храм, учебный класс, помещения для бесед, библиотеку. За каждым из этих пространств — годы труда тюремных священников игумена Сергия (Гайдука) и игумена Тихона (Белова) и встречной готовности администрации.
Особое впечатление произвела прихрамовая библиотека — живое место, где читают, спорят и задают вопросы, на которые не всегда есть простые ответы.
После осмотра все переместились в столовую осуждённых. Именно там, за чаем, состоялось братское общение — тот неформальный разговор, который порой дороже официального заседания. Когда священник из одного учреждения за пять минут объясняет собрату, как решить проблему, над которой тот бьётся полгода, — это соборность в действии.
Выйдя из-за периметра, участники перешли в актовый зал административного здания. Заседание возглавил благочинный тюремных храмов Рязанской митрополии, помощник начальника УФСИН России по Рязанской области по организации работы с верующими игумен Иоасаф (Сорокин).
«Я стою на границе двух миров, которые говорят на разных языках. С одной стороны — Церковь с её Евангелием и молитвой. С другой — система исполнения наказаний с её распорядком и рапортами. Моё дело — сделать так, чтобы вам, отцы, было легче войти в эти ворота и делать за ними то, ради чего вы поставлены».
Там, где стоит работающий храм и приходит живой священник, — другая колония, другой воздух. И это не метафора: меньше конфликтов, меньше отчаяния, меньше срывов.
С докладом выступил игумен Сергий (Гайдук), 26 лет несущий послушание в ИК-6. Уклад богослужебной жизни, работа с активом верующих, катехизация, взаимодействие с воспитательной и психологической службами — всё было представлено честно, с открытым разговором о трудностях. Именно эта честность, как заметил председатель, делает выездные коллегии незаменимыми: здесь не отчитываются — делятся.
Отдельный блок коллегии был посвящён служению в исправительных центрах. Здесь другие условия: осуждённые к принудительным работам утром уходят на работу, вечером возвращаются, у них зарплата и телефон. Одной ногой уже на свободе — и потому уязвимы как никто.
Обсуждали адаптацию, восстановление документов и семейных связей, работу с зависимостями, приведение освобождающихся к храму по месту жительства. Главный вывод: готовых рецептов нет ни у системы, ни у Церкви. Практика рождается прямо сейчас — и выработка единых подходов для пяти исправительных центров благочиния стала ключевой задачей. Куратором служения в исправительных центрах митрополии был назначен иерей Вячеслав Малов, несущий послушание в исправительном центре села Шумашь Рязанской епархии.
Тему продолжили представители Центра «Справедливое общество» — на этот раз для священников: механизмы взаимодействия, передача освобождающегося на попечение прихода, реабилитационные центры.
Мысль простая и важная: государство даст человеку справку и направление. Смысл ему даст Церковь. Система пробации впервые создаёт легальное пространство для такого сотрудничества — и от тюремных священников зависит, наполнится ли оно содержанием.
Отчётность. «Отчёт — не контроль над вами. Это ваш щит и ваш голос. В системе существует только то, что зафиксировано».
Общий чат тюремного духовенства — единое пространство для оперативной связи и обмена опытом.
Волонтёры — порядок допуска и личная ответственность священника за каждого приведённого добровольца.
Работа с сотрудниками УИС — тема, о которой «почти никогда не говорят на священнических собраниях», хотя люди, годами работающие в условиях чужой беды, нуждаются в пастырском внимании не меньше осуждённых.
Определены дата и место весенней выездной коллегии.
Пожалуй, главное решение дня: уже в ближайший понедельник состоится видеоконференция тюремного духовенства с председателями и активистами социальных отделов всех трёх епархий митрополии.
Проблема известна каждому тюремному священнику. Человек, которого он крестил и исповедовал, выходит за ворота — и в самый хрупкий момент оказывается в пустоте. Батюшка остался по ту сторону периметра. Приход по месту жительства об освободившемся не знает. Социальная служба не в курсе, что к ней идёт человек, которому нужно всё сразу: документы, работа, крыша над головой — и чтобы кто-то его ждал.
До сих пор передача «из рук в руки» держалась на личных связях. Повезло — подхватили. Не повезло — через полгода вернулся в колонию.
Встреча призвана превратить случайность в систему. У социальных отделов — сеть приходов, опыт работы с семьями, связи с благотворительными организациями. У тюремных священников — личное знание каждого человека. Когда два знания соединятся, цепочка замкнётся.
«Мы научились приходить к человеку в темницу. Теперь нужно научиться встречать его на выходе и не терять по дороге к нормальной жизни. Один священник за решёткой этого не сделает. А священник за решёткой и приход на воле, работающие в связке, — могут».
Митрополит Рязанский и Михайловский Никодим удостоил церковных наград сотрудников ИК-6 за вклад в организацию духовной работы.
Начальник учреждения И. Ю. Журавлёв награждён медалью благоверного князя Олега Рязанского — одной из высших наград митрополии. Символика глубока: великий князь Олег Иванович, по преданию носивший под одеждой кольчугу как знак покаяния и принявший перед смертью постриг, — святой, чей путь есть путь внутреннего перелома. Трудно придумать более точное имя для награды человеку, который создаёт условия для покаяния там, где всё подчинено режиму.
Помощники начальника по воспитательной работе М. Г. Лапухов и Р. Д. Кобзев отмечены архиерейскими благодарственными грамотами. Это те самые «переводчики» между священником и системой: графики, согласования, помещения — и, главное, понимание, зачем всё это нужно.
Награждение в присутствии всего тюремного духовенства митрополии — сигнал для обеих сторон. Священники видят: Церковь благодарит тех, кто открывает ей двери. Сотрудники понимают: их труд — не «нагрузка сверх обязанностей», а дело, за которое награждает архиерей.
«Когда начальник колонии носит церковный орден, а его воспитатели — архиерейские грамоты, это меняет сам разговор. Мы не просители у чужих дверей, а партнёры в общем деле».
Вместо итога
«Господь сказал: „в темнице был, и вы пришли ко Мне". Не „пожалели", не „отчитались" — пришли. Самое простое и самое трудное из всех действий. Мы с вами, отцы, каждый по-своему исполняем именно эту заповедь. И дело у нас одно: чтобы тот, кто однажды упал, вышел за эти ворота не озлобленным, а человеком, которому есть куда вернуться и ради чего жить».
День, начавшийся с молитвы в тюремном храме, закончился за столом коллегии. Но разговор не закончился. Он продолжится — в общем чате, в понедельничной видеоконференции, в тихих беседах с осуждёнными и сотрудниками.
Там, где ему и положено. За решёткой, где ждут.
Председатель отдела по взаимодействию с УФСИН Рязанской епархии, помощник начальника УФСИН России по Рязанской области игумен Иоасаф (Сорокин)
Фото: Вероника Милова